Russian (CIS)French (Fr)English (United Kingdom)
...

Если бы я хотел сделать самый лучший комплимент певцу, это был бы: у него есть свой почерк.

Ты слышишь, как он поет, и тебе не надо знать песню - это Даниель Лавуа.

Брюно Пельтье

Наш плеер

Регистрация/Вход
сейчас на сайте
Нет
Главная

Поражающе точные зарисовки о человеческой натуре

3 апреля 2015

0e628064-7a7c-4112-b368-3b8f62df2444 ORIGINAL
Выдающаяся личность в мире франкофонной песни, Даниель Лавуа проявил свой талант эссеиста и поэта во втором завораживающем сборнике «Particulités», поэтичном и волнующем

Если в «Finutilité» он предложил тексты наблюдения и размышления над миром, в этот раз, он исследует человека, используя как подход к изучению область элементарных частиц.

«Первый был создан для удовольствия и для презентации песен, публикация не была целью его написания. А потом я увлекся. Второй я делал серьезнее. Я приложил больше стараний, потому что я увидел важность написания книги. Я думаю, что он более законченный, чем первый», - отмечает Даниель Лавуа в интервью из своего дома в Сюруа.

Поэт совершенно зачарован элементарными частицами. «Я это использую как отправную точку, но это невероятное притяжение. Это основа мироздания, жизни, человеческой природы, души, Бога, всего! Кажется, все сделано из этого. Удивительно то, что мы ищем зря и изучаем напрасно: мы не находим ответа. Впрочем, это как раз то, что мне нравится. Мы только находим все больше и больше частиц и каждый раз, когда мы углубляемся немного больше, мы обнаруживаем еще, и я нахожу это сверхъестественным».
Для него это «реальная загадка». «Когда мне говорят о Боге, я не знаю о чем речь. Это ничего не означает для меня. Это концепт, изобретенный людьми, которые нуждались в решении для чего-либо. Но, когда мне говорят о частицах - это уже кое-то, даже если очень сложно сказать, что это что-то реальное. В крайнем случае, если Бог существует, я его узнаю в частицах».

Отступление и сомнения

Он был совершенно поглощен этим сюжетом. «Я написал много текстов и постепенно я увидел, что из этого выходит направляющая линия. Я углубился в это. Я работал. Я отдавал себе отчет, что это может стать компромиссным решением для книги».
Он пожелал смотреть на мир отстраненным, скептическим взглядом, полным сомнений, чтобы видеть вещи такими, какие они есть, а не такими, какими мы хотели бы, чтобы они были или «как мы стараемся поступать таким образом, как если бы мы верили, что они таковы».
«Это то самое отступление, которого я действительно добивался во всем, что я пишу, не априори, без базисных правил».

Поэтические эссе

Поэзия обнаруживается в каждом из текстов. «Я не рассматривал эту книгу, как сборник стихов. Я называю это поэтическими эссе. Это проза и, даже если там есть ритм и рифма, это все-таки остается эссе. Вероятно, можно это называть эмоциональной философией?».
Он соглашается: «Это очень насыщенно. Я писал два с половиной или три года, по одному тексту в день. Потом все это было отшлифовано. Это кропотливая работа. Я стараюсь вложить максимум в минимальное количество слов. Я предпочитаю, чтобы одна фраза могла осветить всевозможные идеи и размышления».
В текстах много мелодичности, ритмики и чувства. «Я потратил много времени, чтобы каждая фраза лилась и подводила к другой, чтобы был не только ритм, но зачастую и рифма внутри фраз. Я всегда говорил, что это были тексты, написанные для декламации».

Marie-France Bornais

http://www.journaldemontreal.com/2015/04/03/instantanes-precis-et-percutants-sur-lhumain